Проект дистанционного обучения нейролингвистике

Глава 10 - Детская речь

10.3.4. Первичность развития познавательных процессов

Д.И. Слобин*

Назад     Наверх     Вперед


Введение

Содержание

Глоссарий

Библиография

Разработчики

Вернемся к нашему примеру сербохорвато-венгерского билингвизма и согласимся, что о семантической интенции мы узнаем по использованию высказываний в определенных контекстах, а не по поверхностным языковым маркерам, отражающим эти интенции. Возможно, при более тщательном исследовании мы обнаружим, что у ребенка есть намерение выразить те же локативные отношения и в речи на втором языке. (Единственной альтернативой к такому подходу было бы допустить, что выражение локативных отношений в сербохорватском языке настолько трудно для ребенка, что он вообще избегает разговоров о движении и местоположении объектов, говоря на этом языке. Думается, что такую альтернативу можно смело отбросить - хотя, конечно, этот вопрос подлежит исследованию.).

Почему же тогда выражение локативных отношений в венгерском языке развивается так рано? Можно избрать такой путь объяснения: считать, что обилие четких локативных окончаний в венгерском языке заставляет ребенка обращать внимание на соответствующие понятия раньше, чем в том случае, если бы он говорил только на сербохорватском языке. Это предположение соответствует понятию лингвистического детерминизма по Уорфу на грамматическом уровне, и я думаю, что оно окажется неверным, когда будут получены все данные. Кажется невероятным, чтобы структура какого-то конкретного языка заставляла ребенка больше обращать внимание на возможность положить предмет во что-то, на что-то и т.д., чем его собственный повседневный опыт. Невозможно себе представить, чтобы ребенок не касался в речи подобных ситуаций. И действительно, данные межъязыковых исследований свидетельствуют о том, что дети начинают выражать основные локативные понятия при помощи комбинаций "существительное + существительное", "существительное + глагол" еще на этапе двусловных предложений во всех языках. Двусловные высказывания детей на сербохорватском, болгарском, русском, английском, финском, иврите и самоа вначале выражают, по-видимому, понятия "в (чем-то)" и "во (что-то)", "на (чем-то)" и "на (что-то)", "из" без всяких окончаний или предлогов. Эти понятия совершенно четко выявляются из контекста, например, когда русский ребенок говорит "кастрюля плита", показывая на кастрюлю, стоящую на плите; когда знаменитый "Адам" ("Адам" и "Ева" - своего рода "экспериментальные псевдонимы" детей, речь которых исследовал Р. Браун. Закономерности речевого поведения детей в экспериментальной ситуации, выявленные Р. Брауном в этом исследовании, часто называют "Феноменами Адама".- Прим. перев.) Роджера Брауна сказал put box 'кладу коробка', кладя что-то в коробку и т.д. Кроме того, локативные отношения выражаются на ранних стадиях развития при помощи пролокативных и указательных местоимений, например, в английском there, innere, on и эквивалентов этих слов в болгарском [Георгов, 1908]), в немецком [Леопольд, 1939; Пак, 1970]), в финском [Аргофф] и в других языках.

Далее последовательность овладения формами выражения локативных отношений, по-видимому, зависит от последовательности развития познавательных процессов, происходящего вне языка. Например, [Паризи, Антинуччи, 1970], продолжая линию исследований Пиаже, выдвинули предположение, что овладение локативными формами основано на развитии пространственных понятий от простейших топологических понятий (выражаемых предлогами типа "в" и "на" к локативным формам, обозначающим понятия трехмерного или эвклидова пространства (как "впереди", "под", "около") и к формам, передающим более сложные пространственные понятия (как "вдоль" и "через"). Авторы приводят некоторые предварительные данные из речи итальянских детей, подтверждающие правильность такого предположения о порядке овладения локативными формами, и все межъязыковые исследования, о которых мне известно, свидетельствуют в пользу такой последовательности.

Назад     Наверх     Вперед


*  Слобин Д.И. Когнитивные предпосылки развития грамматики // Психолингвистика. - М., 1984.