Проект дистанционного обучения нейролингвистике

Глава 14 - Нарушения речи, вызванные заболеваниями мозга, не связанными непосредственно с нарушением речевых зон

14.4.1 Речь при маниакально-депрессивном психозе

Т.В. Черниговская *

Назад    Наверх    Вперед


Введение

Содержание

Глоссарий

Библиография

Разработчики

 "Маниакально-депрессивный психоз характеризуется эндогенным патологическим изменением эмоционального состояния при отсутствии интеллектуального снижения [Блейхер, 1893].


Изучение речи таких больных необходимо для выявления особенностей протекания заболевания: по ним можно судить как о фазе заболевания (депрессивной или маниакальной), так и о степени выраженности симптоматики. Следует, однако, подчеркнуть, что часто патологические состояния депрессии или мании могут рассматриваться не в рамках маниакально-депрессивного психоза, а в рамках заболеваний другого генеза. Могут, например, объединяться в одну группу просто "депрессивные больные", независимо от диагноза.

Существуют работы, касающиеся высшей нервной деятельности человека при маниакально-депрессивном психозе. Есть данные об увеличении латентных периодов реакций при сохранении их качества у больных в депрессивных состояниях.

Изменения речи на различных фазах маниакальной стадии маниакально-депрессивного психоза представлены в работе Первомайского [Первомайский, 1954]. В гипоманиакальном состоянии речь больного характеризуется ускорением. темпа. Речь очень эмоциональна, преобладают короткие предметно-конкретные фразы. Преобладают ассоциации по смежности во времени и пространстве по созвучию. Уменьшается амплитуда колебаний латентных периодов речевых реакций в ассоциативном эксперименте (по сравнению с индивидуальной нормой), речевые реакции многословны.

В стадии развитой мании темп речи уже более увеличивается, речь сопровождается усиленной жестикуляцией. Предложения часто имеют незаконченный характер, часто они состоят только из подлежащего и сказуемого. Речь становится все более индивидуально- содержательной и конкретной. Фаза маниакального неистовства еще более увеличивает темп речи, могут встречаться незаконченные слова, нечленораздельные звуки и крик, еще более усиливается жестикуляция. При фазе двигательного успокоения темп речи замедляется, предложения становятся более законченными и содержательными, снижается жестикуляция, уменьшается количество многосложных речевых реакций. И наконец, на реактивной ситуации темп речи замедляется еще более и достигает индивидуальной нормы. К норме приходят и другие характеристики речи. Резко увеличивается количество однословных реакций. По мнению автора, в основе маниакальной спутанности лежит нарушение избирательной градации между сигнальными системами, передача из одной сигнальной системы в другую.

Восприятие речи больными этой группы посвящены единичные исследования. В одном из них отмечается снижение точности опознания настроения, подобного собственному состоянию исследуемых (депрессия) [Корнева, 1978].

В одном из последних обзоров по речи в психопатологических состояниях отмечается два периода изучения речи при депрессиях – более ранний – описательный и современный, связанный с постановкой специальных экспериментов [Chevrie-Muller, 1985]. Результаты исследований тем не менее носят достаточно противоречивый характер. При исследовании спонтанной речи в качестве испытуемых используются часто не больные в соответствующем состоянии, а имитирующие эти состояния здоровые испытуемые.

Ясно, что результаты полученные таким образом, имеют относительную ценность.

Много работ посвящено определению объективных характеристик голоса и речи больных в отличие от здоровых испытуемых. Исследовались тембральные характеристики, скорость и интенсивность речи, интонации и т.д. Особая роль отводится при описании депрессивной речи паузам хезитации. Показывается, что их длительность существенно увеличивается, особенно в диалоге [Weintranb, Aronson, 1967; Seabadi et al., 1971; Greden, Carroll, 1980; Emrich, Eilert, 1980; Hardy et al., 1980; Bouhuys, 1984]. По всей видимости, при депрессии меняется формантный состав гласных по сравнению с речью здоровых, снижается интенсивность речевого сигнала [Ostvard, 1960, 1965].

Противоречивы данные о темпе речи при депрессии. По одним данным сведениям – и это можно было предполагать – темп понижается [Grunewald, Juberbier, 1960; Goldman-Eisler, 1951; Ruch, Prestwood, 1980; Ey, 1954], по другим, полученным, полученным инструментальными методами, увеличивается [Kaufer, 1959; Ferrey, 1969]. Интонационные особенности речи при депрессии весьма бедны [Williams, Stevens, 1972; Liberman, Michaels, 1962; Sulc, 1977].

Приведенные исследования касаются фонетического уровня речи больных депрессией. Что касается других уровней, практически о них ничего определенного сказать нельзя. Часто указывается на немногословность депрессивных больных. В целом, важно отметить, что речь больных в этом состоянии не выходит за рамки языковой системы или языковой нормы, и должна рассматриваться как вариант правильной речи. Из этого следует, что речь при депрессии не может быть описана без специальных инструментально подготовленных экспериментов и их статистической обработки.

Наиболее надежные результаты приводятся в работе [Меерсон, Додонова, Русакова, 1989]. Исследовалась спонтанная речь (диалогическая и монологическая), чтение и пересказ и автоматизированная речь. Кроме того, с использованием специальных тестов выявлялись скрытые изменения использования речевых механизмов (использование частотности, извлечение из лексикона слов по заданным признакам – фонетическим и семантическим и т.д. Проведенное исследование показало, что речь больных, находящихся в состоянии эндогенной депрессии, глобальным образом не отличается от речи здоровых испытуемых. Отличия затрагивают уровень синтаксиса и частично морфологии. Их речь несколько упрощена в связном тексте (короче предложения, меньше количество некоторых частей речи по сравнению с речью здоровых). Отмечается уменьшение количества "речевых операций" в единицу времени. Сложности представляет для больных порождение связного текста, однако на внешнем уровне это не отражается в качестве речевой продукции.

Таким образом, следует признать, что речь больных, находящихся в состоянии эндогенной депрессии не имеет ярких отличительных характеристик, подобных тем, которые характеризуют иные эмоциональные состояния. По мнению автора, это может объясняться затяжным характером состояния. Из этого можно сделать заключение, что депрессивные состояния затрагивают, главным образом, эмоциональную сферу, почти не затрагивая мышления и речи.

Анализ исследований, связанных с моделированием эмоциональных состояний и их выражения – актерское перевоплощение, психофармакологическое воздействие, внушение эмоциональных состояний в гипнотическом сне, можно найти в работе [Манеров, 1975]. В работе Манерова делается вывод, что для определения эмоционального торможения (возбуждения по сравнению с нормой требуется измерение дисперсии и средних значений частоты основного тона, интенсивность сигнала, изрезанность мелодического контура: требуется также привлечение таких признаков, как крутизна наклонов мелодической кривой, соотношение консонантизмов и вокализмов, тремора. В целом, и в этой работе делается вывод об отсутствии надежных акустико-фонетических признаков надежно дифференцирующих эмоциональное состояние.

Назад    Наверх    Вперед


* По материалам лекций Т.В. Черниговской, читаемых в Санкт-Петербургском Государственном Университете, Европейском Университете в Санкт-Петербурге и Международном Университете Семьи и Ребенка им. Рауля Валленберга.